среда, 21 августа 2013 г.

Глазами Сенкевича. Отплытие

Вообще этот волжский вояж породил во мне противоречивые чувства.  Вернее противоречивые эмоции. Уплывал я с удовольствием, а возвращался с ещё большим удовольствием. Говорят Вертинский когда вернулся на родину целовал асфальт на вокзале. Я тоже был близок к тому что б начать лобызать тротуарную плитку на 17-ой пристани. Однако сдержался.

Отплыли из Астрахани мы на 2 часа позже. Круиз начался с косяка приключившегося с иногородними экскурсантами. Группа поехала на лотосныя поля. А туды только раньше плавали на трамвайчике отсюда. Сейчас это получается слишком кудряво. Поэтому из города ныне группу довозят до какой-то там точки на автобусе, содють на баркас, доплывают до лотосов, осматривают, потом до той же точки и в обратном порядке – на автобус и к теплоходу. На обратном пути где-то в степи  автобус сломался до непочиняемого состояния. Пришлось вызывать второй, который экскурсантов забрал и привез на теплоход. Заняло это без малого 2 часа.


Наконец под прощальный концерт мы отплыли. Репертуар там – как в машину времени залез: «Ах, белый теплоход» «На теплоходе музыка играет» и иже с ним. Были ещё песни которые пел необыкновенно талантливый мальчик Серёжа из Саратова, состоявший в культмассовом секторе теплоходной команды. Голосист и раскован. Все высыпали на вторую палубу, всем раздали всякие цветные флаги и прочие махалки, и вот таким развесёлым почти цыганским табором мы, наконец, отплыли в ночь.

Не спали и радостно шлялись изучая дозволенные внутренности и внешности теплохода. Скоро погода испортилась настолько, что от астраханской жары не осталось ничего, похолодало, начался дождь усугублённый пронзительным ветром и все внезапно достали тёпленькие спортивные курточки, в которых сидели на культурно-массовом мероприятии устраиваемом ежевечернее на верхней открытой площадке в хвосте третьей палубы. Потом уже ближе к часу ночи, когда все танцульки и спевки были закончены нехотя все вновь прибывшие разбрелись по каютам и долго ворочались не в силах сразу уснуть на новом месте.

Удивлением для меня был путь которым мы двигались от пристани. Раньше, во времена исторического материализма теплоход при отходе проплывал мимо всей набережной, загса, бассейна спартак, комсомольской набережной и ту-тукнув на прощанье городскому острову уходил вверх. Сейчас волга обмелела настолько, что этим путём он ходить уже не может и прямо от 17 пристани он разворачивался за остров и шёл меж ним и трусовской стороной. Видно лет через 150-200 городской остров и действительно сольётся с городом, как кто-то где-то недавно прогнозировал.

Когда я на следующее утро совершал утренний моцион по обоим прогулочным палубам, в голове у меня копошилась мысль - Мы до сих пор живём на ресурсах СССР. И стараемся блюсти тот советский уровень сервиса и порядка, но когда нет заморских менеджеров и советских управленцев – ничего кроме игры в СССР не получается. Смотрел на настил палуб – тот который деревянный и вспоминал многострадальный памятник Трусову. Таже фигня – Облез раз, облез два… и вместо того что б снять ошмётки-чешуйки старой краски с досок, их берут и закатывают под очередной слой краски. Получается такая чудесная лунная поверхность. Микро-гран-каньён…

Нет, конечно в этом ничего странного, и страшного ничего нет. Но это те самые нормы допустимого, которые нас сегодняшних отличают от нас вчерашних, или от «них» сегодняшних. И беда не в том что это неправильно, беда в том, что никому из отвечавших за ремонт и в голову не приходит что это неправильно. Всё нормально.

Что мне безусловно, безоговорочно, бесспорно понравилось – это как кормили. Кормят там реально на убой. Поначалу казалось, что это слишком всё-таки много, но после того как мы прогулялись пешком по Волгограду стало ясно что ничего и не много. Чистый воздух, пешие прогулки, свежий ветер и прочие благоприятные факторы способствовали быстрой ус-во-я-е-мости (красафчег!) продуктов питания. Кароче, говоря, кормили много и вкусно, но к следующему приёму пищи мы приходили уже очень голодные.

По сравнению с количеством тётек, девок бабок и девчёнок количество мужиков было так мало, что за 7 дней рейса в тамошнем сортире, я не в одиночестве оказался только раза три.

Вообще отдых на теплоходе подходит наверное не всем. Ну есть люди которые хотят кабана сами выследить, спымать, убить, освежеать и съесть. Или те, которых хлебом не корми - дай откуда нибудь упасть или где нибудь потонуть и в процессе обязательно себе что-нибудь разбить или сломать. Вот такие на теплоходе наверно издохнут от тоски. Для таких – рейс по волге будет самый экстремальный экстрим. И чем длительнее тем экстримальнее.

Я человек прямо противоположный. Мне вот эти вот экстримы - диссонансны. Для меня - созерцание  заката, который мы видели… солнца, которое погружаясь в волны, становится  алым как кровь. И чувство, что  море  Волга впитала энергию светила в себя, и солнце было укрощено, и огонь уже догорал в глубине… (С) 
Кароче, я труба качал жить в палатке на берегу, пить из лужи и лопухом подтираться. Я люблю комфорт.
……………………………………………………………………

На следующее   утро по радиосвязи, приёмник, которой есть в каждой каюте, ответственный за культмассовый сектор Света, разбудила нас музычкой Джеймса Ласта (кажется). Пожелала нам всяких приятностей на день и сообщила что в течении для у нас будет пара зелёных стоянок.

Зелёные стоянки – кто не знает - это такие остановки на преимущественно необитаемых остравках или берегах, где туристы купаются, бродят по песочку и не посещают никакие достопримечательности за полным неимением оных.

Однако первая остановка, хоть  называлась зелёной, таковой не была. Купаться там было негде и незачем. Там можно было затариться рыбкой, икрой в пол-литровых баночках, и бахчевыми культурами, ибо базар был прямо радом с дебаркадером,  к которому пристал наш теплоходище.
Для менее прожорливых и более культурных туристов предполагался самовольный поход в место высокой (во всех смыслах) духовности – в храм, который являлся главной, если не единственной достопримечательностью данного населённого пункта.


Первой остановкой нашего маршрута было село Никольское, нашей с вами области.