вторник, 21 мая 2013 г.

Итак День Музеев_01


Ну ясен перец, что я, как большой и старый приверженец халявы, решил в этот день взять от жизни всё что она мне в этот день смогла предоставить. А именно - совершить генеральную ежегодную вылазку по местам общественного дОсуга и окультуривания. В этом году, разумеется, всем любителям музейной халявы пришлось обломаться в связи с плановым падением астеройда на территории астраханского кремля. Бусурмане на бусурманских подъемных кранах реставрируют жемчужину рузззкой православности нижнего поволжья. Строительно-реставрационнные работы - это в наше время, как все мы легко можем наблюдать, больше не подвластны ни русским рукам, ни православным мозгам. Все музеи, башни, дворики и погреба закрыты. Хоспидя, главное, чтоб стало не хуже, чем было!

Итак, выпавшая в этом году из туристической зоны территория кремля избежала посещения широких общественных масс. Я забрался в верхний храм Успенского собора, чтоб проверить одно спорное утверждение одного моего православнутого знакомого, утверждающего, что верхний храм снизу доверху по стенам облицован редкими породами полированного камня, за которого плачены большие бабки  и который был привезён за тридевять земель.

Постоял я там перед этими самыми облицованными редким камнем стенами. Порассматривал. Теперь официально могу утверждать: пиздёж и провокация. Никакие это не камни, а декоративная штукатурка. Снизу доверху. В некоторых местах штукатурщики как будто бы специально работу сделали так, чтоб это было очевидно. В следующий раз, как будет открыт верхний храм, возьму своего знакомца с ПГМ и пойду ему состоятельно доказывать его заблуждение. Благо он рукастый чувак и сам всё поймёт, увидев очевидное.

………………………………………….

Объективно я не могу утверждать, что в этом году посетительский энтузиазм масс был больше, чем в предыдущем. Объективно – не могу. Могу только субъективно.
Да, мне лично кажется, что это именно так. В прошлом году я не ставил перед собой никакой иной задачи, кроме как «освежевать» впечатление о некоторых экспозициях и экспонатах музеев. Кроме того, тогда не был открыт наиболее интересующий меня зал в Краеведческом музее. В этом году, помимо приобщения к историческим артефактам, меня интересовали ещё и некоторые организационные вопросы, которые выпадают из поля зрения общей массы посетителей музеев в этот день.

 Что можно сказать в общем о деятельности принимающей стороны в этот день? Ну во-первых, несмотря на усталость персонала, на большое напряжение, которое испытывают все музейные работники вообще, и работники первого – «низшего» эшелона – те, которые непосредственно присутствуют в залах во время посещения – всё прошло замечательно. Тут я должен сказать, что свои, излагаемые тут впечатления я основываю не только на личных наблюдениях, но и на показаниях очевидцев и с той и с другой стороны – и посетителей и работников (у ВКП(б) везде свои люди).

Так вот, говоря с позиции посетителей музеев, всё действительно прошло более чем хорошо. Я могу даже сказать превосходно. Насколько мне известно, никаких бескультурных эксцессов, как и не дай бох криминальных, не было. Образовательно-увеселительные мероприятия, проходившие вечером и в АГОИАМЗ и АГКГ вызвали восторженные отзывы участников и гостей. Я тут не хочу эти все мероприятия описывать и пересказывать. Кому довелось в них поучаствовать – тот наверняка моё мнение разделит. Тому, кто в пролёте и сожалеет об этом, можно посочувствовать и напомнить пословицу про пагубность щёлканья в большой  семье.

Самое главное что я увидел как посетитель, и что мне подтвердили мои Агенты – на посещение мест культурного досуга существует неожиданно большой спрос со стороны практически всех слоёв общества (ну исключая разве что персов с Больших Исад) .
К сожалению, я по сей день не увидел никаких внятных отзывов о прошедшем дне музеев со стороны рядовых посетителей. В принципе, это не напрягает и не особенно важно – отзывы. Фактическое положение дел – именно степень востребованности, была показана непосредственно в день и ночь музеев. Посетители голосовали, что называется, ногами. Меня эти показатели радуют.

Музейщики мне ща возразят: «Вас, Лев Давидович, эти показатели радуют потому что вы имеете отношения к  происходившему только как зритель! Попробовали бы вы все 15 часов на ногах простоять, наблюдая за не всегда сознательными долбоёбами, которые так и норовили забраться на саблезубого слонопотама и на нём сфотографироваться!...»

Понимаю, товарищи, понимаю. Я вообще в этот день понял кое-что, чего не понимал ещё день назад. Вот для этого я оный пост и пишу. Я ещё раз хочу повторить – в том виде, в котором прошёл день музея в Астрахани в этом году – он имеет право существовать. И может. И скорее всего с незначительными изменениями и БУДЕТ существовать.

Я же хочу поделиться только выводами, которые, как таковые, связаны с общим положением дел.

Я не в курсе дела многих организационно-управленческих частностей наших музеев. Поэтому вполне возможно мои соображения, излагаемые тут, или планируется ввести или уже введены в оборот в наших музеях-галереях.

Во-первых, обязательно надо вести статистику и учёт посетителей каждого музея именно в этот праздничный день. Обязательно! Как и каким образом это можно делать не продавая билетов – это  уже на ваше творческое усмотрение. Можете следующим утром считать по записанным за день скрытым камерам сколько человек у вас было, можете при входе раздавать элементарные информационные простейшие ПРОНУМЕРОВАННЫЕ чёрно-белые буклеты каждому посетителю, можете доплачивать первой от входа смотрительнице, за то, чтоб она тупо пересчитывала всех входящих. Но делать это нужно обязательно.
Для чего? А вот для чего.

Количество пришедших в этот БЕСПЛАТНЫЙ ДЕНЬ в ваш музей посетителей – это действительный показатель вашей востребованности.

Большая посещаемость ограничена только ленью тех, кто не пришёл, поэтому о них в принципе говорить не будем.
По моим примерным оценкам в это день посещаемость музеев возрастает в 30 раз от среднего числа посетителей в рядовые дни, что составляет 3000 %. То есть, если музей Ульяновых (например!!!) или Чернышевского (например!!!!) или скульптора Василия Пиписькина в течение дня посещает 10 человек, то за праздничный день его посетило 300 человек.

Но это показатель не за обычные 8 часов работы (с 10 до 18 часов) а за 14 часов работы в этот профессионально-праздничный день (с 10 до 24 часов). То есть, если взять обычные 8 часов работы и переложить из на праздничные условия, то мы получим следующую математическую задачку для II класса:

Дано:
За 14 часов музей скульптора Василия Пиписькина посетило 300 человек.

Вопрос:
Сколько человек посетит музей за обычные 8 часов.

Решение:
300 разделить на 14 = 21,4 человека в час.
21,4 умножит на 8 (обычных) часов = 171,2 человек

Ответ: 171.2 человек… ну пусть 170 человек будет посещать в день музей скульптора Пиписькина, при условии совершенно бесплатного входа.

Ну так вот. Фактическая востребованность музея этого самого скульптора составляет 170 человек в день. Эта цифра, на которую должны ориентироваться в своей рекламно-маркетинговой политике те, кто отвечает за тыкскызыть раскрутку музея. Теперь внимание вопрос: кто-нибудь верит в то, что в наших музеях существуют эффективные маркетинговые действия или отделы, которые действительно способствуют целенаправленному продвижению музея на рынке как организации, пытающейся зарабатывать деньги хотя бы в рамках самоокупаемости?

Давайте кстати поговорим о деньгах. Если в музее Пиписькина входной билет стоит
100 рублей, то в идеальном случае (170 человек) в сутки он должен зарабатывать 17 000 рублей.
Если билет будет стоить 50 рублей – то соответственно 8500 рублей.
В рабочей неделе – во всяком случае музейной - у нас 6 и 7 дней в зависимости от музея.
Возьмём худшие варианты: 6 рабочих дней - то есть 24 дня в месяц. Дешёвый билет в 50 рублей. И количество посетителей за один обыкновенный рабочий день -  170 человек. Всё умножаем. (170 х 50) х 24 = 204 000 рублей в месяц МОЖЕТ зарабатывать музей Пиписькина, если привлечёт всех посетителей, потенциально заинтересованных в посещении музея.

Только на билетах.
Без сувенирки и без экскурсий….

И ещё раз я хочу повторить: 170 человек в сутки в этом примере - это потолок, граница – но видимая и доказанная фактически в день музеев граница, к которой следует стремиться одному гипотетическому музею. Вот для определения этой границы и нужно тщательнейшим образом вести статистику именно в этот день.
Почему же эта радужная картина не присутствует в нашей мрачной музейной повседневности? Здесь факторов много. Добрая половина из них – психологические. Во-первых и в главном – так называемый человеческий фактор. И это не жадность, как многие могут подумать. Жадность – это следствие. Основная причина малой посещаемости музеев в обычные дни это практически полное отсутствие навязываемой информации. То есть активная информационная политика не ведётся в принципе. Пассивная – да. Пассивная информационная политика состоит не в навязывании информации потенциальному потребителю, как это делается торговыми и производственными организациями, а только в информировании потенциального потребителя о предоставляемых услугах. Основные площадки для пассивной информационной политики – это газеты, официальные сайты, и информационные площадки перед непосредственно музеями. В социальных сетях существуют эха тех же официальных сайтов. То есть информация доступна только для тех кто в ней – этой информации непосредственно заинтересован.

Никакой борьбы за потребителя, никакого формирования рынка, никакой агрессивной активной информационной политики у наших музеев нет и в помине. Бедный оборванный родственник стоит в стороне в надежде на подаяние - не больше.

Так как за многие годы роль традиционной культурной жизни и воспитания через те же картины, экспонаты и прочие артефакты сведена даже не ко вторым, а третьим и четвёртым ролям, хранилища этих артефактов – музеи и галереи – сегодня воспринимаются основной массой народа как нечто почти инфернальное. Для посещения этих мистических капищ – а тем более в месте, в котором люди постоянно проживают - нужен какой-нибудь необыкновенный, редкий повод, и обязательно связанный с другими людьми. Это либо воскресное гулянье с ребёнком, выражающее собой заботу о его культурном уровне – и как следствие поход в «культурное место». Либо ознакомление приезжих гостей с родным городом (о истории которого сам старожил ни хера ничего не знает, и пользуется таковым оправданным случаем, чтоб тоже приобщится к тайным знаниям об истории и культуре земли родной). Либо высокая степень обрыдлости персонального бытия и невозможности ни выехать в отпуск в иные земли, ни терпеть это дальше. В этом случае человек идёт на отчаянный шаг и ищет чего-то нового в старых декорациях, которые он не в состоянии даже на время сменить. И в таком случае новое для него и музеи-галереи.

В любом случае, у современного среднестатистического человека-обывателя нет в музейном объекте необходимости, за удовлетворение которой он был бы готов платить. То есть в принципе платить, а не сколько-то конкретно. Цена тут большой роли не играет. Он в принципе психологически не готов платить за что-то, что если не унесёт с собой в руках, то хотя бы не потрогает. В эмоциональном смысле в голове остаётся мало, ибо сильнейшего психологического эффекта, как например от посещения кинотеатра, обыватель не получает. Даже после кинотеатра обыватель уносит с собой цветастенький билетик, кокакольную отрыжку, во рту вкус попкорна, а в ушах звуки стрельбы, визжащих тормозов и баб, и музыку финальных титров. После музея – особенно после большого музея, остаются только боль в ногах, мешанина в голове, состоящая из резных столов, ржавых наконечников стрел и  оскалов слонопотамов.

И опять я повторюсь – я говорю сейчас о среднестатистическом обывателе. Продавце сантехники, 10 лет назад переехавшем в город из какого-нибудь сраненького колхоза имени ГПУ, основное времяпрепровождение которого – это футбол, пивасик и украдкие взгляды на сисястых студенток. Если мы говорим о желании выйти на рынок и зарабатывать музеями деньги самостоятельно, то ориентироваться мы должны, увы, на все слои населения – в том числе и на такие («в том числе», а не «только на такие». Не передёргивайте потом) . У нас не стоит задачи перевоспитать этого колхозника и сделать его высокодуховным и исторически образованным. У нас стоит более приземлённая задача: ПРОДАТЬ ЕМУ БИЛЕТ. Если мы с этой задачей справимся – то с продаванием билета очкастым и прыщавым студентам профильных культурных вузов мы справимся тем более.

Ну так вот. Исходя из того, что бывших колхозников по умолчанию больше, чем нас – людей высококультурных, интеллектуальных, и лингвистически блятьподкованных на все три ноги, но систематически голодранных, именно на них мы и должны ориентироваться, как большую часть потенциальных клиентов. Увы, от этого никуда не денешься – если, опять повторюсь, мы в обычный будний день хотим достичь показателей посещения, полученных в бесплатный день музея.

Что нужно такому дяденьке или тётеньке, чтоб захотеть посещать наш музей имени Пиписькина или любой другой прочий музей если не постоянно, то периодически? Что заставит его это сделать? Как говорил какой-то умник: «Правильно поставленный вопрос уже содержит в себе подсказку для ответа». А другой умник вторил (это мне особенно нравится): «Если у вас хватило ума поставить перед собой какую то задачу – то у вас хватит ума и решить её. По интеллектуальным усилиям это примерно равные вещи.»...

(Продолжение вот-вот...)

Комментариев нет:

Отправить комментарий